Вид на окраину Промзина (на переднем плане) и на Вадовские Селищи. Современное фото из сети Интернет.

ИЗ ИСТОРИИ СЁЛ ВАДОВСКИЕ СЕЛИЩИ И ПРОМЗИНО

По рассказам старожилов, народ заселил эту местность не так давно. До этого первое село было где-то на Заревке или, предпо-ложительно, на краю Вада. Земля там чернозем, и леса не было давно. Их кладбища тоже были в Заревке. И моленья для всех соседних сел были в Заревке. Все села ходили туда молиться, молельный дом у них был. Это было в те далекие времена, когда еще молились по языческим законам: солнцу, луне, грому, воде, идолам, и «Каляде» (богу и человеку). Верили во все, и в то, что есть вправду боги солнца, Каляда и другие необходимые человеку покровители стихий, боги. Люди боялись богов.

Мокшане всегда знали, что у Заревки могилы их предков. Из поколения в поколение передавалась память о предках. Еще от дедов знали и говорили: «Коза молят ванма? («Куда пойдешь пасти») — «Пакарьн калмотнень тейс».*

Кичапин Мартын Анатольевич, 75 лет (Романов тож), из д. Заревки, вспоминал, что «старик, умерший лет 65 назад, — «Юва-нята» — сказывал, ссылаясь на людей старше его. Он сам не видел этого, что тут, на могилах Заревки прежде памятник был — дубовый, огромный столб из цельного дуба — «Тумба» («тумбокс»). Это в память о могилах предков. Некоторые могилы были так близко к поверхности, что когда пахали даже сохой — задевали за кости. Там, где «Равжа пе» — и было старое «Вада-Велезем», а «Польдяс» (с. Польдясово) тогда было в оврагах, в лесу спрятанным, в 4 км от Заревки, где Лашманский кардон. Перестали родиться там хлеба (может потому, что кругом Заревки лес окружал), и село было переведено в лес (на место ны-нешней церкви), к Ваду. Вообще, мокшане стремились переселяться в такие места, чтоб быть ближе к реке, и чтобы можно было держать пасеку.

Во времена, когда еще люди промышляли в лесу, ходили охотиться и рыбачить, тут на круче садились отдыхать. А речка тогда текла кольцом, огибая то место, где сейчас болото «лаем». Сидеть на круче удобно и прозвали место — «Эзем». После того как построили здесь село, то и назвали — «Веле-эзем». Село было маленьким, метров 200 в длину вдоль кручи и не доходило до болота «Шейне». Выходит, что это село существует с древних, языческих времен.

Много лет хоронили в Заревке своих покойных все села. Прежде и молились там, у «Норужей». Это происходило до тех пор, пока не стали православными. Даже после того, как открыли кладбище у старой церкви, многие все еще не подчинялись и долго продолжали хоронить своих покойных по старой вере, на прежнем месте. Православными здесь стали не более 300 лет назад. Со временем село разрослось, стало больше. Посреди него было «Шейне».**

Есть и иные версии происхождения села. Со старинных времен рассказывают в селе истории о том, как мокшане, стремясь ос-таться в язычестве, убегали от крещения и прятались здесь в глубине леса. Так постепенно народ тут и собрался. Есть утверж-дения, что население сел Вадовские Селищи и Промзино — беглецы из-под Шацка. Другие называют — «Сядемка». Так гово-рил «Китатя» (т. е. «проходец», «проводник») — Ямушин, умерший 50 лет назад 80-летним. Это же подтвердил его племянник, Василий Петрович Ямушин — историк-любитель из Москвы. Предполагают, хоть там, в Шацке, сейчас звучит русская речь, но прежде мокшане жили. Многие люди удивлялись, откуда и почему-де взяли, да решили старики, что «Шачав» (Шацк) —
это родина мокши?*** А это, говорят старики, очень давно было. Ходоков послали из тех мест смотреть, подыскивать места в Кадомских лесах: какая земля там и условия для жизни. С прежних мест решили уйти потому, что там мокшан притесняли и земли было мало. Ходоки пришли из «Шачав» сюда. Ходили, облюбовали место и решили: «Давайте сюда переселяться». А другие говорят: «А если забудем и не найдем это место? Дороги-то нет».... «Знак надо оставить. Сделаем лавки — «эземт». Сделали 3-5 штук «эземт» и пошли назад в «Шачав».

Вернулись с народом уж на второй год. Им надо было обустраиваться на новом месте. Стали они планировать: «Где и как строить и как назвать село?» И решили: «А давайте назовем «Веле-эзем», по месту установленных здесь «эземт». Так и стали называть село.****

Существовал «рассказ», который передавали Покровско-Селищинские старики. Он был хорошо известен и в Вадовских Сели-щах. Очень давно на старых поселениях мокшан возле Покровских Селищ жили богато четыре брата. Они разводили живот-ных, помногу держали свиней. У одного старика-брата было четыре сына. Двое отделились и ушли, а двое остались со стари-ком. Раз погнали они свиней в лес кормить желудями. А свиньи взяли да ушли через р. Виндрей дальше куда-то. Пошли искать по свежему снегу. Нашли следы своих свиней. Вышли к «Кулясам» (слияние р. Виндрей с. Парцей), пошли по следам вдоль Ва-да, и на месте Вадовских Селищ нашли свиней. По другим рассказам, животных унесло вместе со льдиной в половодье...

Понравилось братьям место: «Ну, брат! Местность хорошая, удобная во всем, все есть. Не пустит ли нас отец переселиться?» Пришли домой, расхвалили местность: кругом луга, в реке много рыбы. Уговорили они отца, и отпустил он их. Построились братья на новом месте, и от них пошло население Вадовских Селищ. Вскоре по следам убежавшего поросенка проложили пря-мой путь вместо окружной дороги между селами. Потому, мол, и назвали Вада Велезем, что считали: «Сирь Велезем эзда севф-тям».
Вадовским Селищам, мол, 1000 лет. Когда-то даже ездили «в помощь» из с. Покровских Селищ в Вадовские Селищи.*****

Долгое время люди жили в В.-Селищах, увеличилась численность жителей. Мокшане были хорошими охотниками и рыболо-вами. Когда стало тесно на этом берегу, люди стали переходить на песчаный бугор, и образовалось небольшое поселеньице, где было всего 5-7 дворов. Место было удобным, здесь на развилке можно было рыбу ловить из двух рек — Парцы и Вада. Стали решать, как назвать сельцо: «А как назвать?» — «Да пара («двое») теперь уж назовем». (Напарник — «парнзя». Парнзе — ялга-зе). Так и стали звать второе село. Оно было обустроено по-другому, без плана. Строились так: где бугорок, там и дом, а не в порядок.

Была еще одна деревушка, состоявшая из 3-5 домов у «Кузмарта тей» (к востоку от Промзина). Местность была живописная, рядом располагалось озеро. Жители поселков жили дружно, роднились, женились и выходили замуж. Постепенно поселки раз-рослись и соединились в одно село. Вначале, когда жителей было немного, им хватало черноземов, ведь пахали и сеяли мало. Кругом был непроходимый лес. Повсюду невообразимая чащоба, зеленые деревья и сухостой, вповалку лежали сваленные ветрами стволы старые, гнилые. Люди освобождали землю из-под леса, корчевали лес, но настоящих, плодородных земель не было, всюду один песок. Почти не было пригодных земель в окрестностях. Поэтому соседи и прозвали промзинских «песоч-ными животами» («шуварпект»). За хлебом-то ездили к «паксярейхне» — в сторону г. Спасска.

Есть еще одно предположение по происхождению села. Якобы, название села произошло от имени первопоселенца «Пар-атя», или «Парай-атя».****** В другом случае упоминаемая традиционная топонимическая легенда усложнена историей о трех братьях: «Слышали, что было три брата, от которых образовались три поселения: Полей — «Польдяс», Парай — «Паронза», Белей — «Вада-Велезем». Жители здешних сел, страдая от безземелья, раскорчевали все окрестности на 6 км в стороны. Лес был далеко, а вдоль леса располагались пчельники, было много построек: полевых, зимних и т. д. Занимались подсечно-ог-невым земледелием. Урожайность лесных почв была невелика, поэтому даже навоз на эти участки возили. Сеяли на тех лес-ных землях гречиху, лен и овес. После того, как появились плуги и стали пахать глубоко, бросили те земли, стали осваивать целину, поймы. И сейчас пашут лишь одну пятую часть всех земель. Повсюду на деревьях были «кочагат»-шалаши для отдыха и сна на деревьях.*******

 

* Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов Щукина Т.С., 67 лет, Кичапина Т.Е., 68 лет, прозвище «Брняв», из с. В.-Селищи.
** Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов Кичапина Мартына Анатольевича, 75 лет, (Романов тож) изд. Заревки.

*** Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов Немурова Иллариона Захаровича, 71 г., прозвище «Пакарь» из с. Промзино.

**** Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов пожилых людей, которые ссылались на старика «Китатя» (т. е. «проходец», «проводник») — Ямушина, умершего 50 лет назад 80-летним.

***** Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов Дубинина Василия Федоровича, 76 лет, («Юноша Василь») из с. Промзино, Милушова Б.Я., 76 лет, из д. Каргал, Шилина В.И., 56 лет, из с. Зарубкино. Эти истории слышали: Строжев Л.И. (Безруков), 76 лет, Порватов В.А., 71 год, Кичапин Т.Е., 68 лет, из с. В. Селищи; Сорокин Д.И., 68 лет, (Лахаев тож) из с. Промзина.

****** Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов Немурова И. 3., 71 года; Вечкаева Евстифея Михайловича, 78 лет, прозвище «Устью», Тазина Д.Е., 55 лет, из с. Промзина.

******* Записано в сентябре-октябре 1964 г. со слов Щукина Павла Андреевича, 90 лет, прозвище «Вочай» и «Сярда» из с. В.-Селищи, Зубарева Евгения Яковлевича, 88 лет, прозвище «Мормыш» из с. Подлясова.

 

Примечание Б. Смирнова: 1) Знание подробностей топонимики (событий XIII в.) говорит о том, что население этих мест не только беглое с Цны и Мокши, но и местное. 2) Слово «Велезем» означает — селище, связано со словом «эзем», придуманным рассказчиками. Остальные «Велезем» располагаются на пологих местах. Селище в XVII-XVIII вв. точно найдено около р. Вад. 3) Другие варианты на-званий возникли от беглецов с Цны. Топонимическая легенда «со свиньями» придумана по образцу древних мифов, по тому, что легко укладывается в алгоритм хозяйственной деятельности местного населения.

Б. Смирнов "IV книга этнографических этюдов"
(опубликовано в книге: Б. Ф. Кевбрин, В. И. Рогачёв, А. Д. Шуляев "Мотивы родимой земли", Саранск, 2012 г.)

На первую страницу
Назад на страницу Топонимический словарь района

Hosted by uCoz