Предания о царе Тюштяне

В старину не было у мордвы верховных правителей. У других народов — короли, цари, ханы. А мордва все свои дела решала на сходках.

Хорошо-то оно хорошо, да не очень. Каждому двору хозяин нужен, всякому делу — своя голова. А царь — он народу всему голова, земли своей хозяин.

Обижали мордву чужеземцы : села разоряли, скот угоняли, данью непосильной обкладывали, молодых парней и девушек в рабство уводили. Вот и порешили старики избрать мордовского царя. Чтобы он, значит, народ свой оберегал и судил-рядил по справедливости.

Собрались старики на сходку, бросили жребий — кому царем быть. Пал жребий на крестьянина по имени Тюштянь. Он в это время землю пахал и знать ничего не знал — забыли его позвать на сходку. Пришли старики к нему в поле и говорят :

— Мы тебя своим царем выбрали !

Тюштянь отвечает :

— Не по силам мне народом править. Лучше я крестьянствовать по-прежнему буду. А вы другого изберите.

— На тебя жребий показал, — говорят старики. — Значит, сам Шкай* того хочет. Он накажет тебя, если волю его не исполнишь.

Достал Тюштянь из-за пояса кнут, которым лошадь погонял, и старикам показывает :

— Смотрите, какое кнутовище — старое и сухое, как кость. Если сам Шкай хочет, чтобы я был царем, то пусть это кнутовище покроется листьями и расцветет яблонькой, пока я круг опашу.

Воткнул Тюштянь кнутовище в землю и тронул лошадь. Обошел загон, вернулся на старое место, глядь-поглядь — цветет молодая яблонька.

Вот так Тюштянь и стал мордовским царем.

* Шкай — языческий мокша-мордовский бог, верховное божество

---------------------------

Жил царь Тюштянь между двух гор на реке Суре. Палаты у него дубовые о двух этажах. Сидел он на золотой скамейке, а под ногами у него серебряный мукорь*. Мудро правил Тюштянь своим народом, не обижал зря никого. Только вот за воровство казнил сурово — на сухой осине воришек вешал. Бесполезное, говорит, дерево — бесполезный и человек. Мордва нарадо-ваться не могла на своего царя и молилась главному богу :

— Пошли ему, великий Шкай, долгих лет жизни ! Добрый у нас царь : лишь десять алтын податей с нас собирает, в семь лет один раз в солдатчину берет. Мы теперь хорошо живем !

В саду у Тюштяня рос высокий дуб, а в том дубу борть** была, и сидела в ней пчелиная матка. Однажды влетела пчелиная матка во дворец через открытое окно, на плечо царю села и шепотком ему шепчет, говорком говорит :

— Всем-то ты, царь, хорош, а ничего не знаешь ?

— Чего же я не знаю ? — Тюштянь спрашивает.
— На твое царство враги походом идут, видимо их невидимо. Скоро сюда пожалуют, тебе голову отрубят.

Опечалился Тюштянь. Взял медный рог, вышел на крыльцо и протрубил на три стороны. Сбежались к нему эрзяне и мокшане. Стал царь совет держать. С врагами в бой вступить — сил мало, не выдюжить. Хлебом-солью недругов встретить — рабами быть. Тайно уйти на иные, свободные земли, чтоб жить без опаски, да никто не знает, где они, земли-то эти.

— Пойдем на закат солнца, — сказал Тюштянь. — Там поищем ...

Не все пошли. Которые богато жили, на прежнем месте остались — жалко было добро бросать. А которые с царем ушли, те достигли чужого царства, где правила злая царица. Сидела она у окна и в прохожих-проезжих стрелы пускала из лука. Кто бы ни появился перед дворцом, она в того стрельнет и радуется, если стрела в цель попадет.

Хотел Тюштянь спросить у царицы, куда ему дальше путь держать, а она в ответ стрельнула в него и попала в правую руку. Заплакал царь Тюштянь и взмолился :

— Великий Шкай ! Кормилец ! Всем-то я был хорош, да беда нынче настигла. Помоги !

И велит он своим воеводам подать ему лук в семь пуд и стрелу в три пуда. Припал царь на правое колено, натянул тетиву. Полетела стрела и попала в угол дворца злой царицы. Заша-тался дворец и рассыпался. Злая царица из окна вывалилась, упала на камни и разбилась до смерти.

Сбежались тут со всех сторон тамошние жители, стали Тюштяня расспрашивать :

— Скажи, из какой страны ты пришел ? Ты богатырь или царь ? И чего ты хочешь ? Убил ты нашу злую царицу — спасибо тебе, много горя мы натерпелись от нее. Оставайся царем в на-шей земле, мы только тебя будем слушать.

— У меня своего народа много, мне о нем надо заботиться, — говорит Тюштянь. — Не хочу быть вашим царем. А ищу я дорогу в ничейную страну на свободные земли, чтоб от врагов укрыться.

— Ладно, — сказали жители. — Покажем тебе дорогу. Иди теперь, Тюштянь, на восход солнца. Там у моря-океана людей нет никого. А хорошей земли занимай сколько осилишь и живи со своим народом.

Дошли они до великой Рав***. Решили отдохнуть, кашу сварить и пообедать. Не успела каша свариться, откуда ни возьмись прилетела пчелиная матка, над Тюштянем кружится, шепчет ему в самое ухо :

— Вражеская рать близко. За тобой гонятся, тебя в реке хотят утопить. Уходи скорее.

Затрубил мордовский царь в медный рог, народ созывая. Потом подошел к самому берегу великой Рав, взмахнул платком — расступилась вода в обе стороны. Открылось сухое дно. Тюштянь вперед пошел, за ним мордва повалила — эрзяне и мокшане. Не все, однако, за царем последовали. Многие остались кашу доедать. Жалко им было оставлять кашу.

— Вот доедим, тогда пойдем,— говорят.

Перешел Тюштянь по сухому дну на другой берег, сомкнулась за ним вода. Кто с царем был, тот спасся. А кто кашу доедал, тот в неволю попал. Вот так-то !

* Мукорь — подставка в виде обрубка дерева.
**
Борть — улей простейшего устройства — дупло или выдолбленный чурбан.
*** Рав — древнемордовское название Волги

---------------------------

Как было дальше, по-разному рассказывают. Одни говорят, дошел Тюштянь до синего моря. Другие говорят, что помер он в пути-дороге, а его верная мордва разбрелась кто куда.

Один старик рассказывал вот что. Сосед его, однодворец, тоже старик древний, перед смертью признался : был он в мордовском царстве, но на святом писании поклялся никому не говорить, где то царство находится. В молодости он матросом на корабле служил. Поднялась в недобрый час сильная буря, корабль перевернулся и потонул. Все погибли. А этот матрос уцелел, уцепил-ся за какую-то доску, какая под руку попалась, и выплыл. Три дня его по морю носило, пока не прибило к берегу. Выбрался он на сухое и свалился без памяти. А когда в себя пришел, слышит — рядом какие-то люди по-мордовски говорят.

Он месяц или больше у них жил. Потом ему помогли на чужой корабль устроиться, чтобы на родину вернуться. Хорошо, сказывал, наши-то земляки живут. Податей никаких. Все у них есть, всем довольны. И земли там богатые. Пшеница родит сам-сорок.

А еще такой слух ходит. До моря они дошли, но свободной земли там не оказалось. Все было занято. И решили вернуться назад. Царь Тюштянь уже старый стал. Созвал он свой народ и сказал :

— Любезные мои подданные ! Не хочу я помирать на ваших глазах, а уйду в леса дремучие ис-кать живую воду. Оставлю я вам на память свой медный рог. Коль затрубит он, то знайте : это я вам знак подаю !..

Ушел Тюштянь ночью. В какую сторону пошел, никто не видел. А рог свой в кустах спрятал. Подует ветер — поет рог, будто выговаривает :

— Я приду-у-у... Скоро приду-у-у...

Разыскивали люди тот рог. Но не дается он ни руке, ни глазу.. Вот словно бы рядом гудит-поет, а не увидишь и не ухватишь.

А мордва, которая с Тюштянем ходила, разбрелась по всем губерниям. Её наследки по сей день на Урале и в Сибири живут.

Литературный перевод С. Фетисова
Рисунок П. Алексеева

Мордовский фольклор

На первую страницу
Назад на страницу Зарождение мордовской государственности
Назад на страницу Ширингушское городище

Hosted by uCoz